Суббота, 21.10.2017, 20:26
Мой сайт
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 1
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » 2014 » Март » 26 » Анна клевская. Загородный дом
02:27

Анна клевская. Загородный дом





анна клевская

Первым крушением надежд Генри, душа которого жаждала романтики, было то, что Анна Клевская отправилась в Англию сушей. Король очень надеялся, что император не даст ей разрешения проехать через его земли, и тогда Генри мог бы героически выхватить свою невесту из-под носа императора, доставив ее в Англию морем. Еще до того, как был подписан брачный контракт, король послал двоих моряков, Ричарда Коча и Джона Арборо, прикинуть рейд корабля, который мог бы доставить прекрасную деву прямо в Англию.



Уже 9 октября король показывал в совете ФитцВильяму, который был уже верховным адмиралом, карту, составленную на основании рисунков моряков. Адмирал писал Кромвелю, что король очень воодушевлен и полон планов. Увы, конвой Анны Клевской решительно не желал испытывать прелести морского путешествия по осеннему морю, ссылаясь на то, что невеста после такого вояжа будет ни на что не похожа. Да и император Чарльз вовсе не собирался препятствовать новому браку Генри, запрещая Анне проезд. Поэтому отправились немцы сушей, и 11 декабря 1539 года прибыли в Кале.

Вот там им пришлось задержаться из-за погоды. Анна времени даром не теряла, учила английский, а ФитцВильям учил ее играть в карты. Учил по просьбе девушки, которая, вырвавшись из-под надзора семейства, начала определенно подавать признаки жизни. Увидев в Кале, из чего состояла жизнь светской дамы, она срочно попросила адмирала научить ее каким-нибудь играм, которые любит король. Тот и начал ее учить игре в «цент» - разновидность пикета. С некоторой оторопью он через некоторое время сообщил в Англию, что такого игрока, каким оказалась Анна, он еще не встречал, а ведь адмирал играл и с Болейнами, которые выигрывали в карты неплохие деньги.

Буквально о каждом часе жизни Анны Клевской в Кале известно. Впечатление она там произвела прекрасное. ФитцВильям не уставал хвалить красоту девушки и ее цепкий, быстрый ум. Леди Лисли писала дочери, а та с большим энтузаизмом отвечала, что будущую королеву очень ждут при дворе. Женщины тоже были от Анны в восторге. Только 27 декабря ветер позволил отплыть из Кале. Встречала Анну в Англии герцогиня Саффолк с мужем.



Здесь-то всем и стало ясно, что трепетная дева вполне могла выдержать и куда как более длительное морское путешествие, напрасно боялся ее конвой. Погода была холодной, дул сильный ветер, но Анна уже на следующий день захотела продолжить путешествие. Довольно быстро она добралась до Блэкхета, где ее должен был встретить английский конвой. Здесь и произошла трагикомическая история, вдребезги разбывшая все романтические надежды Генри.

Это еще один портрет Катарины Арагонской

Он, вспомнив молодость, вспомнив, как его отец и брат неожиданно прибыли к Катарине Арагонской на пути в Лондон, решил повторить тот же номер, но на свой лад. Анна стояла у окна, глядя на бой быков, который ради нее устроили во дворе. Внезапно в комнату вошли шестеро незнакомых ей мужчин в масках, одетые в одинаковые разноцветные плащи с капюшонами. Внезапно один из них шагнул вперед, что-то ей протянул со словами, что это – подарок от короля, и вдруг ее поцеловал. Анна выглядела довольно удивленной, но от дальнейших попыток незнакомца поговорить с ней просто отмахнулась, отвернувшись обратно к окну. После некоторой заминки, мужчины вышли из комнаты, и через мгновение один из них вернулся, одетым уже в пурпур. Это был король. Анна вспыхнула, глубоко поклонилась, но всё уже было испорчено.

Дело в том, что этот маскарад не обманул бы ни одну леди ни одного европейского двора. Но Анна выросла в таком невежестве относительно придворного этикета, что повела себя не лучше простой крестьянки. Королю же никогда не нравились простушки, женщины без изюминки. О том, что случилось потом, есть два разных отчета. Чарльз Ризли, хронист, записал, что король снова поцеловал невесту, поговорил с ней, и удалился. Энтони Браун, личный камердинер короля, записал, что король не сказал Анне и двадцати слов, и удалился так быстро, как только дозволяли элементарные приличия. И подарок (драгоценности) он ей не отдал.



Король чувствовал себя глубоко униженным. Мало того, что его невеста явно понятия не имела о куртуазных романтических канонах, по которым она должна была узнать любимого под любой маской, так она действительно его не узнала! Королю, который не без основания считал себя великим и известным, такое невежество показалось возмутительным. И дальше было только хуже. Настоящая, живая Анна, совершенно Генри не понравилась. Кто его знает, почему. Он и хотел бы обвинить окружающих в том, что его ввели в заблуждение, и не мог, потому что видел перед собой именно то, что ему описывали – только в реале оно ему не нравилось.

Первым делом, прибыв в Гринвич, король вызвал Кромвеля. На его вопрос, как ему понравилась леди Анна, он неприятным голосом сказал, что не увидел в ней никаких достоинств, о которых ему говорили, и что хотел бы он, чтобы эта леди никогда не пересекала границ его королевства. «Что делать?!», - спрашивал он Кромвеля. Но у того не было ответа. После церемонии официальной встречи, когда и жених, и невеста, и их конвои были разодеты в пух и в прах, король сквозь зубы признал, что леди Анна – женщина видная, и манеры у нее королевские. Но жениться на ней он не хотел.

Свадьба была отложена, королевский совет искал выход из патовой ситуации. Вызвали немецких послов, в надежде, что между Анно Клевской и герцогом Лотарингским все-таки существовал предварительный брачный контракт, который мог бы стать препятствием для брака между Генри и Анной. Послы предложили себя в заложники, пока документ о расторжении помолвки не будет доставлен в Англию. Вызвали саму невесту, попытались ее запутать вопросами, но она совершенно четко ответила, что никакого предварительного брачного конракта между нею и герцогом никогда не было.

«Мне что, добровольно голову в петлю совать???», - орал король на советников. Но дело шло к тому, что придется. И пришлось, 6 января 1540 года. «Я делаю это только для того, чтобы мир и королевство были удовлетворены», - мрачно ворчал он. Анна, впрочем, прекрасно понявшая, что происходит,
значительно опоздала на брачную церемонию. Король мерял шагами голерею у своих покоев, и готов был лопнуть от злости. Но внешний вид невесты несколько его утихомирил: она выглядела великолепно, с распущенными по плечам роскошными косами, в жемчужной диадеме, в парчовых одеждах. Кранмер их обвенчал, король сказал «согласен», одел на палец Анны кольцо, и они стали мужем и женой.



На следующее утро король был в мрачном настроении. «Она не слишком мне нравилась до, и еще меньше нравится после», - буркнул он Кромвелю. «Я видел ее живот и груди, и, насколько я могу судить, она вовсе не девственна. Это поразило меня так неприятно, что я не стал продолжать свои действия. Я оставил ее такой же девственницей, какой нашел». Но, все-таки, он был достаточно честным человеком, чтобы после попыток осуществить брак на третью и четвертую ночь, не вызвать врача. С врачом он был более откровенен, чем с министром: импотентом он не был, женщину ему хотелось, у него были непроизвольные ночные эрекции, но именно с этой женщиной он быть не мог. Она не вызывала в нем ни малейшего возбуждения, а сама проявить инициативу не умела. Ответом врача, очевидно, было что-то вроде «стерпится – слюбится», потому что спал Генри с Анной каждую ночь. Именно спал.

Насколько Анна понимала, что проиходит, трудно сказать. Когда ее придворные дамы пытались говорить с ней на постельные темы, она смущенно краснела, махала руками и говорила: «Фу, фу, Бог запрещает!». На вопрос, не беременна ли она, она, тем не менее четко отвечала, что знает, что не беременна.

Вдова Джорджа Болейна заметила, что сдается ей, что королева до сих пор девственна. «Как же я могу быть девственной», - отвечала Анна, - «если я сплю с королем каждую ночь?». «Для этого нужно нечто большее, чем спать», - брякнула графиня. Любая другая королева осадила бы назойливую даму, но Анна пустилась в объяснения, что с мужем они не только спят. «Когда мы ложимся в кровать, он целует меня и говорит «спокойной ночи, любимая», а утром целует и говорит «до свидания, дорогая». Разве этого не достаточно?»

«Мадам, - ответила севшим голосом графиня, - должно быть нечто большее, или нам долго придется ждать будущего герцога Йоркского». «Нет, я довольна и не хочу большего», - улыбнулась в ответ королева. И может быть, что она говорила правду. Но в отчаянии были не только дамы королевы, в отчаянии были все министры. Король прессовал Кромвеля, Кромвель – мажордома королевы, но никто не мог вот так просто подойти к Анне и объяснить ей, какая инициатива требуется от нее в спальне. Не из стыдливости даже, а просто заговорить об этом означало признать, что королю в случае с ней изменила потенция. Что и говорить, ситуация была безнадежной, патовой.



Источник:
mirrinminttu.livejournal.com
Просмотров: 60 | Добавил: wricknow | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Март 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Copyright MyCorp © 2017Бесплатный конструктор сайтов - uCoz